Новостной блогер » Последние новости » Общество » Вторая волна как девятый вал. Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России - «Общество»
Вторая волна как девятый вал. Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России - «Общество»
Официальная российская коронавирусная статистика во время второй волны вызывает не меньше вопросов, чем во время первой. Например, в Санкт-Петербурге уже несколько недель ежедневное число выздоровевших ровно вдвое меньше числа заболевших. Но если реальные цифры можно скрыть, поисковые запросы людей

Официальная российская коронавирусная статистика во время второй волны вызывает не меньше вопросов, чем во время первой. Например, в Санкт-Петербурге уже несколько недель ежедневное число выздоровевших ровно вдвое меньше числа заболевших. Но если реальные цифры можно скрыть, поисковые запросы людей — открытая информация, и они точно коррелируют с заболеваемостью, госпитализациями и смертями, выяснил маркетолог Александр Драган. Результаты анализа шокируют: уже к середине октября эпидемия, на этот раз накрывшая большую часть страны, была масштабнее весенне-летних пиков в 4 раза, а стандартного сезонного уровня — в 140 раз. Хуже всего ситуация в Сибири. Исследование помогает не только понять реальную картину, но и спрогнозировать загрузку больниц, ведь рост специфического запроса «пропало обоняние» опережает официальный рост заболеваемости.

Метод

Он прост и доступен каждому. У Яндекса есть Вордстат — инструмент, который позволяет смотреть помесячную или понедельную динамику показов по нужным поисковым запросам. И есть особые «коронавирусные» запросы, которыми с большей вероятностью будут пользоваться заболевший человек и его близкие. Как правило, это запросы максимально практичные: связаны либо с самыми специфичными симптомами ковида (такими, как пропажа обоняния и вкусов), либо с конкретными лекарствами, либо с диагностикой. Подробнее про метод можно почитать здесь и здесь. Главная идея — есть запросы, которые наиболее точно коррелируют с реальной заболеваемостью.

Эпидемия в России продолжается уже более полугода. И если поисковые запросы отражают реальный ход эпидемии, это легко проверить: достаточно сопоставить запросы с заболеваемостью, госпитализациями и смертями. Но выявленные случаи — недостаточно достоверный показатель, а официальная статистика ещё с весны вызывает вопросы и давно себя дискредитировала множественными статистическими аномалиями. Там, где официальная статистика более или менее достоверна, она коррелирует и с поисковыми запросами. Но корректнее всего оценивать именно госпитализации и смерти.

Сначала — поиск, потом — смерть

За весну и лето в России от коронавируса по данным оперштаба умерли 17 тысяч человек. Фактических же смертей с коронавирусом, очевидно, в разы больше. Об этом говорит, например, демограф Алексей Ракша, уволенный весной из Росстата после заявлений о фальсификации российской статистики. О несоответствии официальных цифр реальности заявлял и Росздравнадзор. Наконец, по данным Росстата, которые служба ежемесячно публикует, с апреля по август с коронавирусом умерло больше 45 тысяч человек.

Общая же избыточная смертность за этот период — 84,6 тыс. человек, если сравнивать с 2019 годом, и 72,5 тыс. в сравнении со средним за 2017−2019 годы. Это выше оперативных данных в 4,2−5 раз; для сравнения, в Италии и Великобритании разница официальной смертности и избыточной — в полтора раза, а в некоторых латиноамериканских странах (например, Перу) — в три раза.

Смертность от эпидемии корректно оценивать именно по избыточной смертности. Её максимальный прирост пришёлся на июнь−июль — сильно позже карантина, в месяцы, когда регионы сняли большинство ограничений. А из разборов смертности от московского Депздрава и петербургского Комздрава известно, что от 90 до 100% избыточной смертности приходится на коронавирус (не всегда он служит основной причиной смерти). По оценкам развитых стран, ковид определяет 60−100% избыточной смертности. Даже если показатель по регионам ниже, общий тренд избыточная смертность отражает: по данным Росстата, 55% избыточной смертности относится к ковиду.

И если запросы отражают распространение эпидемии, то они должны коррелировать и с избыточной смертностью в регионах: так и происходит.

Несколько примеров:

  • Москва. Пик запросов пришёлся на конец апреля−начало мая. Рекордная избыточная смертность (+58,5% к среднему за три года) — на май.
  • Татарстан. Пик запросов — вторая половина июня−начало июля. Рекорд по избыточной смертности (+50,5%) — июль.
  • Башкирия. Пик запросов — июль. Рекорд смертности (+48,8%) — июль.
  • Свердловская область. Бурный рост запросов весь июнь, пик — в июле. Рекордная смертность тоже в июле: +45,6%.
  • Самарская область. На пике запросов держится месяц: с середины июня по середину июля. На июль же приходится рекордная смертность: +36,6%.
  • Пензенская область. Пик запросов — с конца мая по середину июня, рекорд смертности (+34,6%) приходится на июнь.
  • Камчатский край. Выраженный пик запросов в середине июня, рекорд смертности (+46,3%) — также июнь.

И такая картина повсеместна. За резким ростом специфичных «ковидных» запросов следует прирост смертности, и его пик происходит, как правило, спустя 2−3 недели от пика запросов. Это соответствует реальному течению болезни: пропажа обоняния — часто один из ранних симптомов, а между заражением и смертью в среднем проходит 20−25 дней (что соответствует 2−3 неделям от первых симптомов до смерти). Исключение — северокавказские республики, где регистрация смертей происходила с сильным лагом (от 1 до 3 месяцев, в зависимости от региона), что связано, по всей видимости с местными особенностями учёта. Например, в Северной Осетии избыточная смертность в мае +43,6%, в июне резкое падение до −28,1%, в июле вновь резкий подъём до +54,5% — это в большей мере статистические аномалии, чем отражение реальной ситуации.

Как это выглядит на практике? Вот Москва. Сопоставление запросов и смертей за неделю. Здесь видно, как смерти следуют за запросами с двухнедельным сдвигом. А ещё видно, как с августа смерти перестают отражать динамику запросов.

В середине июля количество запросов после продолжительного спада вновь начинает расти — и растет до 10 августа. На смертях это не сказывается: весь август они показывают красивую полочку в диапазоне от 10 до 13 ежедневных смертей. Причина этого — в недоучёте: по данным оперштаба, в августе от коронавируса в Москве умер 361 человек. По данным Депздрава, эта цифра в 3,7 раза выше — от коронавируса как основной или сопутствующей причины умерли 1347 человек. Это соотношение сохраняется и в сентябре, когда, согласно Депздраву, коронавирус обосновывает 1569 избыточных смертей, что в 3,8 раз выше официальных цифр оперштаба.

Для сравнения: в апреле, июне и июле фактических смертей от ковида было в 2,6 раз больше, в мае — пиковом месяце — в 2,8 раз больше, а в августе — уже в 3,7. С чем это связано — с задержками в регистрации смертей, или с намеренным искажением цифр (см. «коридор Собянина») — вопрос отдельный. Если сопоставлять запросы и смерти по данным Депздрава, график сглаживается, а динамика смертей вновь повторяет динамику запросов:

Между запросами и смертями — сильная корреляция с коэффициентом 0,9 (0,77−0,95 при доверительном интервале 95%):

Сильную корреляцию между запросами и смертностью показывает и Петербург. Ниже — сопоставление запросов и смертей от ковида, высчитанных как 90% от избыточной смертности за конкретный месяц (именно эта оценка звучала в мае-июне в Петербурге; по Москве с ковидом ежемесячно соотносят от 90 до 100% избыточных смертей).

Как и с Москвой, лаг — 2−3 недели. Коэффициент корреляции запросов и смертей 0,98 (от 0,96 до 0,99 с доверительным интервалом 95%). И корреляция сохраняется на протяжении всего периода — вплоть до конца сентября:

С запросами коррелируют не только смерти, но и госпитализации. Пример из Москвы:


Коэффициент корреляции — 0,94. При 95% доверительном интервале коэффициент лежит в диапазоне между 0,75 и 0,99

Это — доступные данные с середины апреля по середину июня. На протяжении 8 недель (с 27 апреля по 21 июня) сохраняется соотношение 0,81 — так, на каждые 100 показов приходилось в среднем 81 новая госпитализация.

Сильная корреляция между специфическими коронавирусными запросами и госпитализациями и смертями сохраняется и для других регионов. Например, для Алтайского края корреляция между запросами и тяжёлыми больными — 0,88 (от 0,72 до 0,95 в доверительном интервале 95%). Ещё пример: для Иркутской области с сентября корреляция между запросами и госпитализированными с лагом в неделю — 0,986.

На этом можно остановиться и зафиксировать: по-видимому, специфические поисковые запросы в Яндексе отражают реальную ситуацию с эпидемией, и с лета и первого подхода к теме стало только больше данных, которые это подтверждают. И за последний месяц такие запросы стремительно выросли по всей России. Если месяц назад Вордстат фиксировал 37 тысяч показов, то сегодня — уже 170 тысяч показов в неделю только для одного запроса «пропало обоняние». Рост за месяц — в 3,5 раза, и с каждой неделей такие запросы прирастают на 30−40%.

Что происходит в России сейчас

Рост «ковидных» запросов по стране продолжается уже 2 месяца, и с каждой неделей рост ускоряется. Ниже — динамика еженедельного прироста 10 основных запросов, которые сильно коррелируют с ходом эпидемии («пропало обоняние», «не чувствую запахи», «кт легких», «азитромицин», «левофлоксацин», «цефтриаксон», «сатурация», «пневмония взрослый», «курантил», «кислород в крови»):

Если на конец августа Вордстат фиксировал 460 тысяч показов в неделю, то уже через месяц — в 2,3 раза больше, 1,067 млн. Спустя ещё две недели показы снова удвоились и выросли до 2,3 млн в неделю — это почти втрое больше, чем было на весеннем пике в Москве. Стремительно растут все округа и большинство регионов:

Везде, кроме Северного Кавказа и Северо-Запада, ситуация уже хуже, чем была весной−летом. Быстрее всего растут Сибирь и Урал, за ними следуют Центр и Поволжье. Цифры растут везде: даже Северный Кавказ, который держался дольше других регионов, начал расти.

А так выглядит динамика запроса «пропало обоняние» по России:

Это катастрофический рост. Если с мая по сентябрь запрос держался в пределах 27−43 тыс. показов в неделю и постепенно снижался, то с конца августа вновь начал расти, и расти по экспоненте (R² 0,998) — и достиг 170 тыс. показов в неделю (последняя неделя, за которую доступны данные, — 12−18 октября). Это больше, чем в любой из весенних и летних месяцев, выше весенне-летних пиков в 4 раза и выше стандартного сезонного уровня в 140 раз. И это не накрутка, не медиашум и не массовый психоз — так выглядит волна эпидемии, которая одновременно накрыла большую часть страны.

«Пропало обоняние» — запрос не медийный: его популярность не зависит от активности СМИ, и он растёт непрерывно на протяжении 2 месяцев — тогда как медийные запросы дают разовый пик, который за одну-две недели спадает. Кроме него, растут и другие специфические запросы, и коэффициент корреляции этих запросов с «пропало обоняние» — от 0,9 до 0,995. И у всех — общий тренд.

Подробнее о том, почему медиашум, коронаистерия и к росту специфических запросов не имеют отношения, я расскажу в конце текста, а пока пройдемся по округам и регионам и разберёмся, что прямо сейчас происходит в России с эпидемией.

Вторая волна — или продолжение первой?

Ситуация тяжелая. И с каждой неделей она становится хуже. По-видимому, прямо сейчас 90% регионов переживают серьёзную вспышку. И похоже, через несколько недель таких регионов будет ещё больше. И удержатся ли те, где сейчас вспышек нет и заболеваемость низкая — отдельный большой вопрос. Регионы, которые обошлись без первой волны эпидемии, сейчас удержаться не смогли. И рост идет даже в прежде спокойных Карелии, Калининграде и Магадане.

Для сравнения — 2,5 недели назад регионов, где по поисковым запросам была видна сильная вспышка, было меньше: 65%. В середине сентября в большинстве регионов только начинался рост, а о полноценной второй (а где-то и первой) волне говорить было рано. Ко второй волне тогда можно было отнести 13 регионов (а сейчас — 51), к первой волне — 15 (сейчас 25).

Тяжелее всего ситуация на юге, который обошёлся весной и летом без эпидемии (за исключением Астраханской области, где летний пик пришёлся на август). Худшая динамика — в Сибири, где в большинстве регионов запросы прибавляют по 70−100% уже несколько недель. На Урале, в Поволжье и в ЦФО ситуация схожая: все три округа растут синхронно (и нигде не осталось ни одного региона, где сейчас всё было бы спокойно).

На Северном Кавказе — тише всего (в основном за счёт трёх регионов, где заболеваемость, как и запросы, на нуле). Северо-Запад и Дальний Восток начали расти — и тревожнее всего выглядят дальневосточные регионы, которые обошлись без полноценной первой волны. За единственным исключением: это Камчатка.

Регионы, где всё спокойно. Таких осталось всего 4 (это 5% от всех субъектов РФ). Три из них — это Кавказ: Чечня, Ингушетия и многострадальный Дагестан. Ещё один — удаленная Чукотка.

Регионы с первой волной. Это те, до которых эпидемия по-настоящему добралась только в августе-сентябре — и настоящая первая волна накрывает сейчас (среди них признаки плато демонстрирует всего один регион: это Удмуртия). Таких 25, и четверть из них приходится на юг, ещё четверть — на Дальний Восток.

Регионы со второй волной. Это те регионы, в которых была явная динамика эпидпроцесса: заметный рост, сильный пик, затем медленный спад, и чаще всего — рост избыточной смертности. Сейчас эти регионы вновь бурно растут: ко «второй волне» условно отнесены те, где нынешний уровень «ковидных» запросов уже достиг уровня 2/3 от первого весенне−летнего пика. Большинство регионов этот уровень уже перепрыгнуло, а в некоторых показов в разы выше, чем на первом пике (пример — Татарстан). Вторая волна сейчас в 51 регионе (60%), и треть из них — это Центр.

Начало роста. Есть несколько регионов, в отношении которых рано делать выводы о том, новая это волна — или незначительный рост. Это регионы, которые только начали расти (или растут очень умеренно). Таких 5. Ещё две недели назад их было 16, а месяц назад — 23.

Что происходит по округам

Сибирь

Если выбирать округ с самой сложной ситуацией, то это будет Сибирь. Среднее по регионам превышение летних пиков — 4,7 раз (для сравнения: в ЦФО было 2,6, в Поволжье — 2,5). В Иркутской области число запросов выше летнего пика в 8,5 раз, в Томской области — в 7,3 раза, в Алтайском крае — в 6,3 раза. Динамика роста катастрофическая. Растут все регионы. Округ в целом растёт с конца августа, и последний месяц прирост ускоряется — каждую неделю на 45−66%. В семи регионах высокая вторая волна, ещё в трёх — серьёзная первая (это Хакасия, Республика Алтай и Кемеровская область). И сложная ситуация здесь везде.

Так, в Алтайском крае тяжёлых больных — в 4 раза больше, чем было в июле на пике: 364. С койками ситуация сложная: полтора месяца было занято 1253 места, на 22 октября — уже 3943, и новые койки вводят регулярно. За полтора месяца занятых коек стало в 3,1 раз больше, тяжёлых больных — втрое больше.

В Иркутской области рост запросов также стремительный, и с каждой неделей ситуация становится хуже. От 616 госпитализированных 6 сентября область пришла к 3010 на 22 октября — число госпитализаций за полтора месяца выросло почти в 5 раз. Ситуация настолько сложная, что койки развернули даже в аэропорту.

Схожая ситуация — во всех регионах округа. Ускоряется рост в Новосибирской области (госпитализации также стремительно растут), стремительно растёт Омская область (и койки заканчиваются). В Томской области и Красноярском крае, судя по запросам и госпитализациям, только начало стремительного роста — между тем в Красноярском крае занято уже 90% коек. И такая картина — по всей Сибири: от Кемеровской области, где койки заканчивались уже в конце сентября, до Хакасии и Тывы.

Центр

Растут все. И во всех регионах, кроме одного, полноценная вторая волна. Единственный регион в ЦФО, который не затронуло эпидемией весной и летом — это Костромская область, сейчас там заканчиваются койки.

Если оценивать относительную долю показов (сколько % приходилось на конкретный запрос от всех запросов в Яндексе в регионе за период), картина ещё страшнее — в 6 регионах ситуация вдвое хуже, чем в Москве на майском пике, ещё в 3 — ситуациях втрое хуже, остальные регионы уже преодолели весенне-летние пики — и свои, и московский:

Самая сложная ситуация в ЦФО — в Белгородской, Воронежской и Липецкой областях — здесь приходится по 195−205 показов запроса «пропало обоняние» на 100 тыс. населения (для сравнения — в Москве на пике было 118).

Среднее превышение весенних пиков — 2,6 раза. Белгородская, Липецкая и Орловская область превысили летние пики в 4−4,5 раз; Воронежская — в 5,6 раз.

Худшая динамика — в Орловской области: здесь темпы роста запросов ускоряются, за последнюю неделю +70%. Койки также быстро заканчиваются: если 10 сентября было развёрнуто 778 коек, то уже к середине октября коек не хватает — и на 22 октября в регионе 1256 коек, занято — не менее тысячи. Похожая динамика ещё в нескольких регионах: ускоряются темпы в Смоленской области (где, судя по сообщениям, коечный фонд уже исчерпан), Калужской (где за две недели увеличили число коек втрое: с 665 до 1852) и Тульской (где за последние две недели перепрофилировали новый госпиталь и готовят еще один).

Тяжелее всего — в Воронежской области: на протяжении несколько недель запросы росли на 70−80%. Рост начался с конца августа — однако на тот момент прирост был относительно спокойный, от 6 до 27%. Что до коек, достаточно нескольких цифр. 1 сентября: 1143 койки, занято 90%, коечный фонд сокращают. 6 октября: уже 3708 коек, занято 92%. 14 октября: развернули ещё койки, из 4403 занято 4125 — это 94%. Прирост госпитализированных за полтора месяца — в 3,6 раз. И этот рост начался уже через в начале сентября — то же показывают и запросы. Так Воронежская область выглядит по запросам:

Схожая ситуация с койками и стремительным ростом в большинстве регионов, особенно — в Белгородской, Брянской и Липецкой областях: здесь за полтора месяца число госпитализаций выросло в несколько раз.

Замедлился рост в Белгородской, Ивановской, Костромской и Тамбовской областях: от изначальных 50−80% еженедельный прирост снизился до 14−17%. Но говорить о плато рано: это замедление темпов роста — но ещё не остановка.

Москва и область растут синхронно — но если до начала октября Москва активно прирастала с каждой неделей, то с октября пошло замедление. За последнюю неделю область вышла на свой пиковый уровень в мае, Москва — превысила его уже на 20%.

Самая спокойная ситуация — в Тверской области: она ещё не достигла весеннего уровня, но достигнет уже в ближайшие дни: темпы еженедельного прироста — стабильные 25−45% в неделю. Число коек также растёт: ещё 14 октября было развёрнуто 1010 коек, уже 20 октября — 1190.

Поволжье

Как и в ЦФО, здесь также рост по всем регионам. В 11 из них — вторая волна, ещё до 3 только добралась первая (это Кировская область, Удмуртия и Саратовская область).

Самая сложная ситуация в Поволжье — в Самарской области: на неё приходится 192 показа запроса «пропало обоняние» на 100 тыс. Следом — ещё 7 регионов, где ситуация схожая (от 138 до 167 показов): это Кировская область, Нижегородская, Оренбургская, Пензенская, Пермский край, Саратовская область и Ульяновская.

Среднее превышение весенних пиков — 2,5 раз. В Самарской области превышение — в 3,7 раз, в Пермском крае и Ульяновской области — в 3,2 раза. В остальных регионах превышение от 2 (как в Татарстане) до 3,1 (как в Оренбурнской области). Исключение — только Чувашия и Мордовия.

Худшая динамика — в Мордовии: область прибавляет по 40−70% в неделю, и рост ускоряется. И если в начале октября в области было развёрнуто 720 коек, занято 630, а Минздрав хотел избежать разворачивания новых, то уже 14 октября развернули ещё 500 коек — до 1235, и из них занято 90%, рост госпитализаций за две недели — +76%. На летнем пике в Мордовии было развёрнуто 1957 коек. Похожая динамика по темпам прироста в Саратовской области (где занято уже 90%) и Башкортостане (где развернули 3,6 тыс. коек и придумали новый алгоритм работы с пациентами — отправлять домой тех, кто «полежал немного, подлечился»).

Замедляется рост в Оренбургской и Кировской областях — и есть признаки плато в Удмуртии: здесь впервые за 2,5 месяца еженедельный прирост запросов снизился. Удмуртия с первой волной не столкнулась — она пришла в республику только в августе, и на сентябрь пришёлся пик. К октябрю было заполнено 100% коечного фонда.

Самая спокойная ситуация — в Чувашии: здесь уровень запросов пока 60% от летнего пика — но регион быстро растёт, и в ближайшие 2 недели преодолеет свой летний пик. Койки в регионе также заканчиваются — и регион разворачивает новые.

Сложная ситуация — в Нижегородской области. Прирост запросов — 20−40% в течение последнего месяца. С койками ситуация та же, что и в других регионах: ещё в начале сентября в регионе перепрофилировали ковидные койки и возвращали их больницам, а госпитализировано было около тысячи человек. С конца сентября койки начали обратно забирать под ковид, а замгубернатора признал, что пошёл рост. За первую неделю октября открыли почти тысячу коек, занято было 2,9 тысячи. Спустя две недели занято уже 3,9 тысяч коек (87%) — рост за полтора месяца в четыре раза. Динамика запросов выглядит так:

Урал

Все регионы накрыло второй волной. И везде, кроме ХМАО, превышение относительно летнего пика минимум вдвое (ХМАО добрался до июльского уровня).

Самая напряжённая динамика — в Свердловской области (последний месяц еженедельный прирост запросов 24−50%), ХМАО (стабильный рост запросов — и динамика ускоряется, последние две недели +50%), Ямал (рост за последний месяц от 18 до 81%). И если в начале сентября Свердловская область рапортовала о том, что второй волны нет и высвобождала койки, то весь октябрь она их спешно наращивала — на 17 октября коек уже 6922, из них занято 5260. ХМАО также наращивает койки, а в некоторых городах занят весь фонд. На Ямале ситуация схожая: в больницах заканчиваются бесплатные лекарства для больных, а в Новом Уренгое не осталось мест и срочно разворачивают новые.

Тяжелее всего ситуация — в Челябинской области. Запросы растут с конца августа, особенно стремительно — с середины сентября: от 5% в начале месяца до 84% в конце. За последние две недели рост замедлился, однако доля показов — самая высокая в регионе. Число коек за последние полтора месяца увеличивали несколько раз, всего их нарастили на 68% — с 2977 до 5849. Если 10 сентября области было около полутора тысяч госпитализированных, то на 4 октября — 3589. Меньше чем за месяц — рост в 2,4 раза. Региональный Минздрав выпустил новый приказ, по которому скорая больше не ездит на вызовы с отравлением, обмороками, кашлем, ковидом, а 19 октября чиновники объявили о достижении: время ожидания скорой снизилось с 8 суток до 5. Такова динамика запросов по области:

Похожая картина по приросту в Курганской области, где в 5 раз выросло число вызовов скорой.

Северо-Запад

Относительно других округов, здесь ситуация спокойная — можно предполагать относительно низкий уровень заболеваемости. Основной вклад вносят Петербург с областью, Вологодская область и Республика Коми, Петербург ещё не достиг своего летнего пика, в области ситуация ещё лучше — в целом всё выглядит управляемо:

Худшая ситуация, если оценивать динамику запросов, сейчас в Вологодской области (здесь же открывали третий в регионе госпиталь под ковид и остановили работу части дневных стационаров, а ситуация быстро ухудшается) и в Республике Коми, где на 12 октября было занято 86% коек. Самая спокойная ситуация — и по запросам, и по загруженность коечного фонда — в Карелии и Псковской области.

Дальний Восток

Ситуация по округу неплохая, число показов здесь сопоставимо с Кавказом — самым спокойным округом в России, а сумма запросов в пересчёте на население в разы меньше Поволжья. В 3 регионах только сейчас поднимается первая волна: это Амурская область, где увеличивают койки, а свободных остаётся 20%, ЕАО, где койки также резко заполняются, и Магаданская область, где ситуация схожая — коек нет, распаковываются новые, призываются медики.

Тяжелее всего ситуация в Бурятии: на протяжении 3 недель прирост запросов — 90−100%; коечный фонд близок к исчерпанию, осталось 90% коек. Похожая ситуация в Хабаровском крае: ускорение роста на протяжении последнего месяца (за последнюю неделю прирост +111%), в регионе срочно добавляют койки. Ещё три тревожных региона по динамике — Приморский край (+65% еженедельно), Амурская область (+40−74% еженедельно) и Забайкальский край (+64−77%).

На Камчатке есть признаки начала роста — и можно предполагать через 3−4 недели резкого ухудшения ситуации. Кроме того, если судить по избыточной смертности, Камчатка — единственный регион округа, который по-настоящему пострадал в первую волну: в июне прирост смертности +46,3%, общий прирост смертности за апрель−август +10%.

Единственное спокойное место в округе — Чукотский автономный округ.

Северный Кавказ

Пока это самое спокойное с эпидемиологической точки зрения место в России. Лучше всего ситуация в регионах, которые сильнее всего пострадали весной-летом — это Ингушетия (+51,8% избыточной смертности за апрель−август по отношению к среднему за 3 года), Чечня (избыточная смертность +49,4%), Дагестан (избыточная смертность +37,6%). Все регионы — рекордсмены по избыточной смертности по России.

Остальные кавказские регионы пострадали в первую волну меньше — и они уже активно отрастают вновь.т Сложнее всего ситуация на Ставрополье, которое весной-летом обошлось легче всего: избыточная смертность за апрель−август здесь в пределах погрешности (+3,9%), уже от 2 до 10 раз выше других соседних регионов, а еженедельный прирост стабильный: +20−27%. Койки уже несколько раз за октябрь наращивали, и 21 октября нарастили вновь. Так растут запросы в крае:

Другой сложный регион — Северная Осетия: поисковые запросы здесь растут от 20 до 90% в неделю, а число коек неоднократно увеличивали. Ухудшилась ситуация в Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии — но здесь пока всё под контролем, и следует ожидать резкого роста через 2−4 недели.

Юг

Единственный южный регион, который затронула первая волна — это Астраханская область: здесь пик пришёлся на конец июля, избыточная смертность за июль +29,4%. Вскоре после небольшой передышки область вновь пошла в рост — и уже в октябре превысила свой уровень августа в 1,9 раз. Остальные регионы начали расти только в июле−августе — и юг полноценно накрыло только к сентябрю. Во всех регионах, кроме Астраханского, волна только первая.

Тяжелее всего ситуация в Волгоградской области: ещё в конце сентября здесь решили нарастить койки с 2 тысяч до 6 тысяч, а спустя три недели запланировали в краткие сроки нарастить койки до 9 тысяч и ввести в поликлиниках экспресс-тест на антиген. Уровень запросов в пересчёте на население — сопоставимый с Поволжьем и центром:

Схожая ситуация в Ростовской области — рекордсмене по количеству и доле запросов. В остальных регионах ситуация спокойнее (но относительное число показов везде сопоставимо с Москвой на её пике). Во всех южных регионах, кроме Астраханской области, происходит замедление роста — если тренд продолжится, через 2−3 недели юг выйдет на плато.

Что дальше — вопрос открытый. Ясно одно: рост стремительный, рост продолжается, и прирастает большинство регионов, а обещанного плато не видно. Уже понятно, что вторая волна заметно выше и серьёзнее первой — в свою очередь, первая волна, которая растянулась на месяцы, только с апреля по август унесла, по разным оценкам, от 46 тысяч до 75 тысяч жизней. И если такое соотношение запросов и смертности сохранится и дальше, Россию ждет страшная осень. Новая волна и не волна уже — а настоящее цунами, и этот девятый вал уже сейчас в разы выше первого.

Теперь немного о том, почему на метод анализа не влияют инфошум, сезонный всплеск инфекций и обычная паника.

Виноваты СМИ?

Вторая волна эпидемии провоцирует и новый всплеск интереса в СМИ — может быть, просто поэтому запросов, связанных с коронавирусом, становится больше? Если оценивать количество статей и новостей про коронавирус в топ-5 федеральных интернет-СМИ (по данным Медиалогии), видно, что с середины мая интерес СМИ к эпидемии снижается — и до конца лета только падает, достигает минимума в период 17−23 августа, далее вновь начинает расти. Но даже в середине октября о коронавирусе пишут меньше, чем писали в начале июня:


Источник данных — Яндекс Новости, поиск по сайту конкретного СМИ всех новостей с ключевым словом «коронавирус»

Пик интереса приходится на вторую половину марта — именно тогда коронавирус становится главной федеральной повесткой, создаётся специальная рабочая группа Госсовета, Путин посещает Коммунарку и впервые обращается к россиянам. Далее объявляется «нерабочий месяц», Россия уходит на карантин, СМИ публикуют тысячи заметок про коронавирус — а с окончанием «нерабочих дней» резко теряют к нему интерес.

И такая динамика характерна не только для федеральных СМИ — но и для региональных. И такая картина — по всем интернет-СМИ из топ-5: пик интереса в марте-апреле, далее — продолжительный спад и лёгкий рост в сентябре:

На поисковых запросах это также сказывается. Чем больше СМИ пишут о коронавирусе — тем чаще люди ищут про ковид. Но это касается только запросов, которые отражают общий интерес к теме (например, «коронавирус симптомы», «статистика коронавируса», «вакцина от коронавируса» и пр.):

И такая картина — по всем федеральным округам:

А так коррелирует число заметок в СМИ с запросами со словом «коронавирус»:


Коэффициент корреляции 0,95. При доверительном интервале 95% коэффициент корреляции находится в диапазоне между 0,89 и 0,97 — корреляция сильная и надёжная

Вместе с тем, у запросов про потерю обоняния динамика совсем другая — как и у других специфических «ковидных» запросов. Эти запросы начинают «отрастать» только в апреле — когда в Москве разгорается эпидемия. Далее до осени они держатся на одном стабильном уровне — именно тогда, в июне-июле, эпидемия прокатывается по остальной России, по разным регионам в разные периоды. И в конце августа «коронавирусные» запросы начинают расти, с сентября рост переходит в экспоненциальный. И это никак не зависит от упоминаний в СМИ — здесь корреляции нет:

Выше — сумма 10 наиболее показательных запросов. Частично эти запросы подвержены влиянию СМИ (отсюда небольшой всплеск в конце марта — именно тогда активно пишут об азитромицине и о пневмонии как основном осложнении ковида). А на запрос «пропало обоняние» активность СМИ не влияет никак — его рост начинается на рубеже марта и апреля, когда растёт заболеваемость в Москве, а пик интереса медиа начинает спадать. Своего весеннего пика запрос достигает в начале мая — и это совпадает с локальным минимумом активности СМИ. Та же картина продолжается и дальше: медиа всё меньше пишут о коронавирусе — однако люди активно ищут ключевой симптом ковида:

Для оценки динамики эпидемии, как и прежде, запросы с общим интересом к коронавирусу не годятся (и мы их не рассматриваем). А запросы специфические — напротив — отражают реальный ход эпидемии. Более того: рост запроса «пропало обоняние» опережает официальный рост заболеваемости и, как видно выше, прирост госпитализаций — а значит, динамику этого запроса можно отслеживать для оценки того, насколько будет загружена система здравоохранения в конкретном регионе (и даже городе) совсем скоро.

Гуглят простуженные?

Это еще одно возможное объяснение роста «ковидных» запросов. Больше полугода мы живем в парадигме, что любая ОРВИ — это потенциальный ковид. В этой парадигме любой симптом — уже повод для тревоги, даже если это тривиальный насморк. А это значит — рост «коронавирусных» запросов мог спровоцировать обычный сезонный подъем ОРВИ. А пропажу обоняния у себя могли найти люди при обычном насморке и отеке слизистой. На деле это не так. Смотрим 18 характерных «симптомных» запросов: «течет нос», «насморк», «боль в горле», «красное горло», «кашель мокрота», «заложен нос» и др. Для всех запросов характерна сезонность: рост и пики в январе−феврале, падение весной (ближе к апрелю) и возобновление роста ближе к осени. Но динамика радикально отличается от запроса «пропало обоняние»:

Количество этих запросов начинает расти ещё летом — до того, как начинается рост «коронавирусных» запросов (чаще всего ищут «насморк» и «сопли»), осенний уровень ниже весеннего, а в сентябре эти запросы стабилизируются на одном уровне — тогда как про обоняние только начинают резко расти. По мере роста таких запросов растут и поиски лекарств. Это сосудосуживающие капли (нафтизин, називин, риностоп), солевые растворы (аквалор, аквамарис), таблетки от горла, аэрозоли и спреи — для носа и горла, и ряд общих запросов (полоскание горла, лечить насморк и пр.). Всего таких запросов 23, и они растут точно так же, как и запросы «симптомные», а их коэффициент корреляции — 0,947:

А еще это косвенно объясняет корреляцию между разными «коронавирусными» запросами: например, почему есть сильная корреляция между «пропало обоняние» и «азитромицином» или «левофлоксацином». Это естественная корреляция: человек заболевает → гуглит симптомы → ищет способы их снять → ищет препараты и заботится о диагностике. Так или иначе, ни один «простудный» запрос не связан с «ковидными» запросами — какая-либо корреляция между ними отсутствует (коэффициент почти нулевой — 0,017).

Или дело в панике?

Это ещё одно вероятное объяснение: люди, напуганные эпидемией, разогретые СМИ, в приступах тревоги будут чаще находить у себя симптомы и первыми побегут на КТ. И тогда основная масса запросов про обоняние, диагностику и лекарства на самом деле приходится на таких паникеров. Однако это не так. С началом пандемии — ещё в марте — тревожность действительно нарастает, и люди начинают чаще искать как общие фразы вроде «тревога и беспокойство», так и конкретные физиологические симптомы тревоги (они отобраны по трём шкалам тревоги: шкала Бека, шкала Шихана, шкала Гамильтона). Это запросы конкретного характера: «ком в горле», «навязчивые мысли», «учащенное сердцебиение», «трудно глотать» и пр. В середине марта такие запросы вырастают на 15−20% по сравнению с февралем, а с началом российского карантина прибавляют еще 20% уже к марту. Самый высокий уровень у таких запросов приходится на середину апреля и превышает обычный уровень на 40%:

Уже в конце апреля такие запросы начинают падать — синхронно со снижением активности СМИ и уменьшением общего интереса к ковиду — в конце мая выходят на свой доковидный уровень, а к середине лета достигают минимума. С началом сентября — по мере того как наступает вторая волна, а про коронавирус снова начинают чаще писать СМИ, — число таких запросов растет. Но и сегодня он ниже уровня марта и середины мая. Уровень этих запросов также коррелирует с активностью СМИ: чем больше новостей и статей про коронавирус — тем выше тревожность и больше поисков (коэффициент корреляции с начала марта по середину октября — 0,805). Поэтому дело не в панике и не в массовом психозе. СМИ и их нагнетание, по-видимому, действительно приводит к росту тревожности — но к «коронавирусным» запросам это не имеет никакого отношения. Для наглядности — так соотносятся разные группы запросов. Здесь видно, что у «коронавирусных» запросов — своя особая динамика:

Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку?
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Мы в
Комментарии
Минимальная длина комментария - 50 знаков. комментарии модерируются
Комментариев еще нет. Вы можете стать первым!
Комментарии для сайта Cackle
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив


92accbb5